Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

оглавление блога

ОСНОВНЫЕ СТАТЬИ И МАТЕРИАЛЫ

1. Сергей Ильенко - демократ и реформатор - https://shusek.livejournal.com/51891.html

2. Его Родина начиналась с Камброда, к 95 - летию со дня рождения поэта - песенника Матусовского  - https://shusek.livejournal.com/51529.html

3. Четыре Ленина площади Революции

4.Луганскому казенному патронному заводу 115 лет - https://shusek.livejournal.com/50782.html

5. Эпидемии прошлого

6. Любимыми авторами Клима Ворошилова были Лукреций и Кант


7. Ударник революции (Часть I) - про луганского большевика Алексеева - Кума
https://shusek.livejournal.com/39976.html

8. Ударник революции, часть вторая - https://shusek.livejournal.com/40208.html

9. - Завод Гартмана

10. завод Гармана ( продолжение) - https://shusek.livejournal.com/11982.html

11. Экскурсия по Луганску образца 1965-го года (часть I) - https://shusek.livejournal.com/16124.html

12. Экскурсия по Луганску образца 1965 года, часть вторая - https://shusek.livejournal.com/16319.html

13. Луганский реформатор: Радаков - https://shusek.livejournal.com/9502.html

14. Район на востоке Луганска - Жовтневый.
https://shusek.livejournal.com/38485.html

15. Луганск - 1902 (карты прилагаются). Улицы города, автор О. Жуков - https://shusek.livejournal.com/11099.html

16. Оккупация Ворошиловграда: взгляд изнутри. 1942 - 1943 https://shusek.livejournal.com/47328.html
часть первая

17. Оккупация: взгляд изнутри - https://shusek.livejournal.com/47454.html
часть вторая

18. Оккупация: взгляд изнутри - https://shusek.livejournal.com/47861.html
часть третья

19. Улицы Луганска: От Романовской до Шевченко
https://shusek.livejournal.com/18092.html

20.
"А остальные предметы сократить за ненадобностью" - Школы Луганска - Ворошиловграда в месяцы оккупации - https://shusek.livejournal.com/4051.html

21. история образования. Дом в Полтавском переулке. Российская империя, Луганск
https://shusek.livejournal.com/7279.html

22. казенная женская гимназия - https://shusek.livejournal.com/7534.html

23. Женская семикласная гимназия Е.К. Локтюшовой - https://shusek.livejournal.com/6642.html

24. Луганчане в Первой мировой - https://shusek.livejournal.com/12370.html

25. Жаркое лето - 1989, забастовки шахтеров - https://shusek.livejournal.com/28135.html

26. политические партии Луганска: не только большевики - https://shusek.livejournal.com/23985.html

27. Земства Луганщины - https://shusek.livejournal.com/10308.html

28. Сад 1 мая - https://shusek.livejournal.com/5246.html

29. парк Горького, Луганск https://shusek.livejournal.com/4773.html

30. Парк Горького, продолжение -
https://shusek.livejournal.com/4979.html

31. ОТ экспроприации к высшей степени социальной защиты - https://shusek.livejournal.com/27401.html

32. История улицы Солдатской - https://shusek.livejournal.com/109202.html

Киновед Евгений Марголит рассказал о легендарном луганском киноклубе

Известный российский киновед Евгений Марголит, уроженец Луганска, в интервью газете «Молодогвардеец» рассказал о легендарном киноклубе «Волшебный фонарь» — одной из первых неформальных культурных инициатив в Луганске, ставшей затем объектом преследований со стороны советских спецслужб.

– Вы были у истоков луганского киноклуба «Волшебный фонарь». В 80-х его уничтожили, главу клуба Виктора Филимонова таскали на допросы в КГБ, уволили с поста директора кинотеатра, отправили его, педагога-филолога по образованию, трудиться разнорабочим на завод… На ваш взгляд, клуб на самом деле представлял угрозу для системы или это была операция «для галочки» – мол, «у нас тоже есть диссиденты, мы недаром свой чекистский хлеб едим»?

– Понятно, что это традиция русской охранки: из 10 заговоров один подлинный, а 9 – сочиняет сама охранка. Но – как они на это выходили?
Из ощущения системой тех, кто «желает странного». Помню с конца 60-х это. Один эксцентричный парень из мединститута раздобыл «Так говорил Заратустра», стал хвастать книжкой, а Ницше же в то время считался официальным идеологом фашизма. Скандал! И вот в спецбеседах по идеологическому воспитанию начинают сообщать, что «негативные тенденции», «пропагандируется фашистская идеология». Или из музучилища студент в конце 60-х стал пропагандировать «Битлов», да еще завел себе патлы. И что? «Пресечена чуждая нам идеология». А уже в 80-е какой-то паренек с ОР в кришнаиты подался– так про него разоблачительные фельетоны в местной прессе писали…
Так же и на «Волшебный фонарь» реагировали. Причем, заметьте, никто из нас диссидентом не был. Мы были советские идеалисты. Мы просто воспринимали советскую идеологию слишком буквально.

– Это как в повести Жигулина «Черные камни»? Автор был членом подпольного марксистского кружка в сталинские годы, и за свою верность коммунистическим идеалам комсомольцы пошли по этапу…

– Да, совершенно верно, я недавно об этом думал, именно Жигулина вспоминал. В своем советизме мы не знали, до какой степени мы не советские. Я помню, когда с Витей Филимоновым побеседовали (в КГБ. – «МГ»), он пришел совершенно пораженный и выдал мне гениальную фразу: «Мы с тобой думали, что они поверхностно толкуют Маркса. Слушай, да они просто в гробу его видели в белых тапочках, он им не нужен, они его знать не хотят». И это было одно из самых сильных потрясений.

– Расскажите, как вообще появился клуб? Как возникла такая идея?

– Все это, в общем, было благодаря филимоновской энергии, он вовлек нас с Петей Шевченко. Несколько ребят луганских как-то обратились ко мне в середине 70-х (я уже к тому времени учился в Питере в аспирантуре ЛГИТМиКа) – предложили, как я есть уже кинематографически подкованный, создавать киноклуб. Пришли ко мне, а я подключил к этому делу Филимонова – мы уже с ним давно на пару на кино «повернулись». Витя увлекся, они собрались в «Молодогвардейце». Так это и началось. Я же потом служил в кинопрокате, вернувшись в Луганск после аспирантуры, они и через меня фильмы добывали.
Да, основным мотором был Витя (он вскоре в ту же, что и я, аспирантуру поступил, только в заочную). А потом он ушел из «Молодогвардейца» и стал директором кинотеатра «Октябрь», который был вечно отстающим. Но это же был огромный кинотеатр! Витька сделал его клубным, и этот «вечно отстающий» начал делать сборы из месяца в месяц, вышел в передовые. Он свой репертуар подбирал, договаривался с режиссерами. Он же вытащил Андрея Смирнова с «Осенью», которая в Украине была запрещена. Договорились с кинопрокатом – они привезли «Зеркало» в свое время. А чего кинопрокату было-то? Доход ведь идет ему прокатный.

– А считалось же, что то же «Зеркало» Тарковского лежало на полке…

– Оно не лежало на полке, оно почему-то, как и «Осень», было запрещено в Украине. В России это была просто третья категория. Сейчас часто путают: мол, «это картина запрещенная». Запрещенное – это то, что лежит без разрешительного удостоверения, что нельзя показывать. Запрещенное, что тайком показывали избранным на студии, – это, например, была «Проверка на дорогах» Алексея Германа. Это нельзя никому было показывать. А «Зеркало» – это кино третьей категории. Это значит меньшее количество копий, фильм не будут показывать по центральным кинотеатрам. Что в некотором роде резонно. Может, вы застали времена, когда «Украина» и «Аврора» были главными кинотеатрами. Представьте, что первым экраном «Зеркало» выходит в них. Такое и с похмелья не приснится.
Но кому нужно было, эти картины смотрели. Между прочим, третья категория предполагала, что в Москве и Ленинграде, равно как и в столицах союзных республик, проката этих фильмов не будет. Но вы же понимаете, что «Зеркало» и «Осень» именно в Москве в двух кинотеатрах шли по несколько недель. «Зеркало» – в огромном кинотеатре в Ленинграде летом, в мертвый сезон, шло три с половиной недели.
Признаться, до недавнего времени я всегда к этому киноклубу относился достаточно скептически. Но Витя Филимонов относился и относится очень трепетно. Ему же надо было посредством фильма изменить представление человека о мире! Чтобы зритель, всмотревшись в экран, затем всмотрелся в себя и через это постиг мир. Что особенно и не нравилось органам.
Так вот, скептически я был настроен к киноклубу. Но натыкаюсь сейчас в Интернете на какие-то публикации, с кем-то сталкиваюсь из земляков через много лет – и люди пишут, что главным событием в культурной жизни нашего с вами города за последние 40 лет для них был киноклуб «Волшебный фонарь».
Понятно – самое массовое из искусств же! Была очень интересная, скажем, поэтическая жизнь в Луганске конца 60-х. Но она была доступна, сами понимаете, весьма неширокому кругу людей. Тем более что выпустить наших ребят на широкую аудиторию, предоставить площадку для выступлений после 68-го и в голову никому прийти не могло.
А тут – люди собираются смотреть серьезное кино, его обсуждать. И так получилось, что всех, кому жизнь в сфере культуры была мало-мальски интересна, киноклуб собрал.

– А сколько людей в «Волшебный фонарь» ходило?

– Ну, в «Октябре» на сеансах бывало человек 300 как минимум. Тогда ведь событий почти не было, настолько был выкачан воздух, что любое его шевеление – оно громом отдается в ушах, значительность приобретает.
Вы можете себе представить? Выходит «Сталкер» (по мне, так «нормального» человека палкой не загнать на это кино) в кинотеатре «Комсомолец», и предварительную продажу билетов за две недели объявляют. И, естественно, ко дню премьеры весь город стоит на ушах. Понятно, что большинство рвалось потому, что это было престижно – посмотреть Тарковского. И так это кино сделало полный сбор при всей его элитарности и чрезмерной сложности.
Это палка о двух концах. С одной стороны, обостренный интерес, а с другой стороны, интерес обострен потому, что чудовищно мало живых событий. И теперь, повторюсь, я смотрю, что все вспоминают о киноклубе как о самом значительном культурном событии в жизни Луганска. Ну и потому, что Витька – в смысле Виктор Петрович Филимонов – еще столько страсти вложил в это дело. И многих увлек страстью этой.

– Все-таки о стукачах вопрос. Имена людей, которые написали доносы, вам и многим членам киноклуба известны, как вы считаете, правильно было бы рассекретить архивы, опубликовать имена стукачей, провести люстрацию? Или вы склонны по-христиански простить предателей?

– Сложный вопрос. Люстрировать надо не стукачей, а тех, кто фабриковал дела, чтобы доказывать необходимость существования своей службы. Вот их к власти допускать нельзя было на пушечный выстрел, их надо привлекать к ответственности. А я даже не знаю, кто это…
Вы говорите: те, кто давал показания на Филимонова. Да они же, прежде всего, несчастные люди. Ущербные в прямом смысле, а у некоторых персонажей просто с мозгами непорядок. Что с них взять? Каждого из них поймали на каких-то проступках и прижали. Там же, как я понимаю, и не доносили – от них требовали лже-свидетельств, от запуганных, несчастных людей. Просто с ними общаться, а тем более дела иметь не надо вообще – ущербность-то, она ощутима сразу. Скучные они все, суетливые. Это помню хорошо.
Так что стукачей тех и трогать не надо, им и так плохо. По жизни.

интервью газете «Молодогвардеец».
опубликовано на http://tisk.org.ua/?p=21331

Когда Клима звали "Володя"

К.Е. Ворошилов прошел большой и славный жизненный путь от организатора боевых дружин до маршала Советского Союза, от рабочего подпольщика до члена политбюро ЦК партии, от руководителя местного Совета рабочих, солдатских и крестьянских депутатов до председателя Президиума Верховного Совета СССР.
Жизнь Климента Ефремовича — это жизнь, прошедшая в неустанном революционном действии, в неутомимом и самоотверженном служении делу трудящихся. Он воплотил в себе замечательные качества — ум, высокую духовную культуру, несгибаемую полю, безграничную веру в созидательные силы масс, огромный организаторский талант.

Подпольная типография: чтоб достать шрифты, приходилось совершать налёты

К.Е. Ворошилов родился 4 февраля (23 января) 1881 года в с. Верхнее Бахмутского уезда (ныне Луганской области) в семье рабочего железнодорожника. Трудовая и революционная деятельности К.Е. Ворошилова началась на шахтах и заводах Донбасса.

38614_900.jpg

Фото: Ворошилов с учителем Рыжковым* (справа). начало 20 века.

Работая в 1896-1899 годах на Юрьевском металлургическом заводе (ст. Алчевская), он вступает в 1898 г. в социал-демократический кружок. За организацию и участие в забастовке рабочих (1899 г.) был арестован, уволен с завода и занесен в «черные списки». После трех лет скитаний и безработицы ему удалось устроиться слесарем на паровозостроительный завод в Луганске, где в 1903 году он вступает в ряды РСДРП, избирается в состав Луганского комитета большевистской партии и вскоре становится его руководителем.
Опираясь на помощь Екатеринославского большевистского комитета РСДРП, луганские социал-демократы создали руководящий центр революционного движения в Славяносербском уезде — Горный комитет, который, как писал в своих воспоминаниях К.Е. Ворошилов, «...был призван объединить работу социал-демократических организаций Луганска и окружающих его шахт, рудников и других промышленных предприятий».
Вместе с Екатеринославским комитетом РСДРП Луганскав большевистская организация под руководством К.Е. Ворошилова становится одним из ведущих центров большевизации и объединения партийных организаций всего Донбасса. Она широко развертывает политическую работу в массах, призывает их к активной борьбе. Когда в городе тюремные надзиратели устроили зверское избиение политических заключенных, Луганский комитет РСДРП в знак протеста выпустил 27 мая 1904 года прокламацию "К обществу". В ней говорилось: «Настал великий час расплаты с вековым поработителем народа. И мы присоединяемся к грозному и могучему кличу, который раздается из рядов социал-демократии. Долой самодержавие! Да здравствует республика! И пусть этот клич народный будет похоронным гимном современному самодержавию». Особенно себя проявил луганский пролетариат во главе с К.Е. Ворошиловым в период первой революции (1905-1907 гг.). Большевики Луганска создали подпольную типографию, наладили нелегальное издание большевистских листовок и прокламаций.
«К.Е. Ворошилов твердо и ясно понимал, что печать и газета в организации и сплочении народных масс — это успех в борьбе с самодержавием. К.Е. Ворошилов пишет, редактирует «летучие» листки, листовки, принимает активное участие в их распространении. Особенно много листовок было напечатано на гектографе, а затем и распространено в условиях революционного 1905 года».

Из воспоминаний Ивана Николаевича Нагих (ф. 2, оп. 1, св. 9, д. 197).

«В 1904 году К.Е. Ворошилов был уже членом комитета РСДРП. К нам приходила изредка «Искра» и «Социал-демократ». В это примерно время начали выпускать первые листовки. В 1904 году было вынесено решение об организации подпольной типографии. С половины 1904 года и весь 1905 год мы жили с Ворошиловым на одной квартире в доме Крамаренко (ул. Металлистов, 29). На этой квартире протекала самая горячая работа. Там было заседание подпольного комитета. К.Е. Ворошилов вместе с членами комитета РСДРП Луганска основывает легальную газету «Донецкий колокол». Председателем ее редколлегии был утвержден К.Е. Ворошилов».
Вот, что сам К.Е. Ворошилов рассказывает о содержании подпольной типографии луганских большевиков: «Было ясно, что полиция нащупала след и не оставляет этот дом (Гущиной Анны Лукиничны, где находился гектограф) в покое. Надо было искать новое убежище, а заодно и совершенствовать выпуск своих печатных изданий. Так возникла у нас идея создания подпольной большевистской типографии. Нужно было где-то достать шрифт, бумагу, подобрав людей, умеющих набирать и печатать. Пришлось искать все это не только в Луганске, но и в других городах: Харькове, Екатеринославле, Ростове. Помогли связи с рабочими типографии, издававшей в Луганске газету «Донецкая жизнь». Они с величайшей осторожностью достали нам немного текстовых и заготовочных шрифтов, типографские формы, линейки, краску. Печатный станок собирался из частей, привезенных из разных мест. Это был поистине сизифов труд. Приходилось все доставать буквально по крупицам...» (Рассказы о жизни К.Е. Ворошилова, с. 193).


Из донесения ЕГЖУ о революционной деятельности К.Е. Ворошилова в Луганске (ф. 2, оп. 1, св. 4, д. 93, с. 22):
Начальнику Екатеринославского губернского жандармского управления

9-го сего января в 7 часов вечера в городе Луганске, в типографии Еленева, с Петербургской улицы вошли со двора три молодых человека с револьверами в руках и приказали работавшим там шести человекам не сходить с места, грозя в противном случае убить их.
После этого взяли кассу со шрифтом и другими типографскими материалами, всего около 3-х пудов, пересыпали в принесенный с собою большой платок, сложили все это в корзину (один из рабочих помогал им пересыпать), вынесли обратно тем же ходом, сели на извозчика №19 и поехали по Петербургской улице. Кроме шести рабочих, в конторе типографии находились помощник управляющего, конторщик, и два заказчика, которые не слыхали происшедшего в типографии. Тот час, по уходу из типографии злоумышленников, по телефону дали знать в 1-ю полицейскую часть, откуда через 10 минут полицейский надзиратель Кривошеин с конными городовыми и погнались за злоумышленниками. На Патронной улице они встретили извозчика №19, который сказал, что люди, которых он вез, встали и пошли во двор Аудитории. Задержать злоумышленников не удалось, извозчик арестован. Об изложенном доношу Вашему Высокоблагородию.

Ротмистр (подпись).
(продолжение следует - https://shusek.livejournal.com/82755.html)


==========
* сам Рыжков тоже был очень интересной личностью
https://kraeved18.livejournal.com/35764.html

(no subject)

Часть I
Часть II
Часть III
Часть IV
Часть V
Часть VI
Часть VII
Часть VIII
Часть IX
Часть X

На столе последние дела - апофеоз своего рода. «Октябрь-декабрь 1943 г. «Что я пережил в оккупации». Это - несколько десятков письменных работ ворошиловградских школьников. Знакомимся ближе. В тетрадки перекочевали лозунги израненного города «Смерть немецким оккупантам!» и «Да здравствует товарищ Сталин!» Дети путаются в датах. Учитель подсказывает: 17 июля 1942 года - время начала оккупации, и 14 февраля 1943 года - свобода! Важно ли это? - думает девочка, она сомневается: «Разве можно описать на двух листах бумаги, что пережила...» Соседка по парте не лишена образного мышления: «Семь месяцев были немцы, а показалось, что семь лет...» Мальчуковых классов меньше - они лаконичны: «Немцы ходили, как бандиты, и скалили зубы...»

Collapse )

Казанская, Петербургская, Почтовая... (окончание)

Если от Казанской улицы мы поднимемся выше, то окажемся на ул. имени Т.Г. Шевченко. Здесь расположено здание, наводившее ужас на жителей города в 30-е – 40-е годы минувшего века. Это печально известное НКВД, затем гестапо, а ныне просто поликлиника №7.

Collapse )Collapse )